Художник Минас Аветисян создал глубокие и светлые образы, а жизнь свою прожил честно и трудно. Люди, находившиеся рядом с ним, прекрасно понимали, какую ценность имеют его полотна и насколько возрастет с годами их стоимость. Каждая его картина неповторима, красочна и светла.

Минас мог с легкостью дарить свои картины. А после трагической смерти художника выяснилось, что многие его картины пропали бесследно. Немало полотен сгорело и во время пожара в мастерской художника. До сих пор не стихают разговоры о махинациях с его картинами, о том, что некоторые из них - копии. Время еще более запутывает вопрос судьбы бесценного творческого наследия Минаса. Его картины неожиданно всплывают в разных странах мира и всегда продаются по дорогой цене. За свое мировое признание Минас заплатил самой дорогой ценой. Несчастный случай при непонятных обстоятельствах унес его жизнь. Другой, более склонный приспособиться, смириться художник, может быть, и сумел бы счастливо устроить свою жизнь, однако Минас своей трагической смертью показал, что счастье и искусство вовсе не обязаны располагаться на одной плоскости. После его загадочной смерти нам осталось его светлое, рождающее иллюзию счастья искусство.

Это - последняя фотография Минаса. Сделана она 14-го февраля 1975-го года - ровно за день до рокового наезда. Автором фотографии является фотограф официальной газеты «Советакан Айастан» Авет Есаян, который давно уже сотрудничал с Минасом и готовил слайды для его альбома. Отношения между ними были очень теплые и дружеские. 13-го февраля Минас позвонил ему и сказал: «Авет, приходи скорей, у меня три новые работы, с которых надо сделать слайды». А. Есаян поспешил в мастерскую художника. «Была полночь, я знал, что слады нужны Минасу уже рано утром, поскольку их должен был забрать с собой какой-то армянский бизнесмен из Бейрута». За ночь он сделал слайды и уже в 6 утра вновь постучался в дверь Минаса. «Минас не спал, - рассказывает А. Есаян, - я слышал, как он позвал жену: Гаян, Гаян, открой дверь, это, наверное, Авет». Минас всегда старался сразу заплатить фотографу за работу, вот и на этот раз, даже не увидев еще слайды, достал деньги. Доверие художника было очень дорого фотографу. «Подожди, - сказал он, - давай лучше я сниму тебя». Минас было против того, чтобы фотографироваться: «Как я буду выглядеть в таком неряшливом виде?..» «Почему неряшливо?» - спросил фотограф и тут же щелкнул камерой. «Понимаете, он был так интересен - чуточку печальный, чуточку усталый, волосы всклокочены, на голове кинтоевская шапочка. Мне очень хотелось сфотографировать его», - говорит А. Есаян.

В тот день Минас попросил его сфотографировать также сделанную им декорацию к балету «Антуни», наверное, хотел запечатлеть для истории и эту свою работу: «Декорации в плохом состоянии , разрушаются, но пусть останутся в истории», - сказал художник. Юбилейное 50-е представление балета «Антуни» должно было состояться на следующий день, 15-го февраля. А утром этого дня Минас намеревался вместе со своими друзьями Гнриком Игитяном и Акобом Акопяном поехать в Гюмри - на хаш. Он предложил Авету Есану присоединиться к ним, но тот отказался, пообещав завтра снять балет. А «завтра» стало днем трагедии. Балет имел большой успех, зал был переполнен. После окончания представления планировался банкет, однако Минас не остался на него - хотя его и упрашивали остаться, решил пойти домой. Возле служебного входа его остановили жеруналисты полькой газеты «Трибуна людова» Збигнев Лесниковский и Збиген Сухареин и пригласили его в гостиницу «Армения». По словам Авета Есаяна, который вместе с корреспондентом «Арменпресс» Ваником Сантряном был в этот момент рядом с ним, поляки были подвыпивши, и Минас колебался - пойти с ними или нет? Сначала решился было пойти, потом передумал. «С пьяными не пойду», - сказал Авету Есаяну Минас. Потом сказал всем «спокойной ночи» и медленно и задумчиво побрел домой. На перекрестке улиц Теряна и Саят-Нова на него наехал «Москвич»…

Жизнь не приемлет сослагательного наклонения и «если бы», но в этот последний день Минаса таких если было множество. Если бы он остался на банкет или пошел бы с поляками, то, может, избежал бы этой роковой встречи.

Уже в больнице увидел Минас подготовленный искусствоведом Генриком Игитяном и фотографом Аветом Есаяном альбом со слайдами своих картин, которого ждал так долго.

 

Нуне АХВЕРДЯН | Декабрь 8, 2005