Наши новости

XXXI Антикварный салон завершен

Закончился очередной осенний Антикварный салон, по сути, гвоздь программы антикварных событий года. На нем участники рынка сверяют часы. Каждый осенний салон — событие само по себе знаковое, и, несмотря на то, что проходит он в конце года, итогом не является, а, наоборот, призван определить тенденции и задать тон.

Стал ли всем этим XXXI Салон? Увы, нет. Индикатором положения дел — да. Гвоздем антикварной жизни — да. Но вот событием даже в масштабе города, не говоря уже о России, — нет. И это странно.

В прессе XXXI Салон если и освещался, то, во-первых, мало, а во-вторых, скорее со знаком минус. Чья здесь недоработка, СМИ или организаторов Салона, сказать трудно. Понятно, что прессу в первую очередь привлекают жареные факты. Применительно к Салону это подделки и скандалы. Вот и получается: раз ничего такого не было, то Салону — плюс, а СМИ писать не о чем. Ну, а PR-служба организаторов на что? Салон — это не только коммерческое, но и (хотя бы по объему потенциальной аудитории и разнообразию ее художественных предпочтений) крупнейшее культурное мероприятие. Однако похоже, что хронический многолетний дефицит информации о Салоне — это уже диагноз. Когда антиквары помалкивают о своих повседневных делах, это понятно, но когда такое вот «молчание ягнят» демонстрируют организаторы самого большого события на нашем арт-рынке — не закрытого показа, а одновременно и выставки вещей нередко музейного качества из частных коллекций, которые больше нигде не увидишь, и продажи их в огромном ценовом диапазоне, — это по меньшей мере неразумно. Салон призван информировать публику, привлекать к участникам новых клиентов, в данном случае тех, кто в состоянии и принципиально готов вложить деньги в предметы искусства. Именно поэтому большинство постоянных экспонентов согласились с увеличением стоимости аренды и пр. Но где же встречные шаги организаторов? Почему на выставку кукол выстраивается очередь в несколько сот метров (при том, что цена билета 500 рублей и цены на кукол иногда сопоставимы с ценами на живопись), а о XXXI Салоне и его уровне знают только специалисты арт-рынка да заядлые завсегдатаи? Где регулярные пресс-релизы о мероприятиях и программах Салона? Где работа с городскими структурами, для которых Салон — прекрасный повод для привлечения в город туристов? В Европе арт-ярмарки — самое горячее время для местных гостиниц и ресторанов, городского транспорта и пр., о них пишет вся мировая пресса. У нас — тишина. Вместо этого опять было несколько сообщений о подделках, как будто специально приуроченных ко времени Антикварного салона, а может, и на самом деле так оно и было. По мнению многих участников Салона, существует чуть ли не заговор по противодействию антикварному бизнесу, и даже указываются конкретные фамилии, но оставим эти шпионские истории авторам детективов и попробуем оценить объективные вещи.

  1. Рекламы Салона мало, информации и того меньше, это факт. И этот факт большинство участников считают основной причиной малого количества посетителей.
  2. Два Антикварных салона в год — много. Эту проблему тоже отмечают многие, и связано это в первую очередь не столько с затратами, сколько с отсутствием такого количества качественных работ, которое может обеспечить две полноценные экспозиции.
  3. Дефицит серьезных вещей, а с ерундой значительным галереям выходить не правильно, приводит к медленной смене показываемых из года в год картин. И это вторая основная причина, которую указывают, когда пытаются объяснить снижение числа посетителей.
  4. Плохая экономическая ситуация, т. е. отток капитала, приводит к снижению покупательской активности внутри страны. Если деньги за границей, значит, и покупки делаются там. А зачастую деньги утекают вместе с их обладателями, которые, привыкая жить основную часть времени за границей, начинают приобретать картины не русских художников.

Вот с таких неблагоприятных позиций стартовал XXXI Антикварный салон. В отличие от нескольких предыдущих Салонов, когда ожидания прорыва и окончания кризиса витали в воздухе, в этот раз ничего не витало и никто ничего не ждал. VIP-прием накануне открытия пессимизм только усугубил: важных персон было мало и им было совсем не интересно, что и почем висит на стенах.

А зря.

В этот раз уровень Салона был очень хорошим, много серьезных картин и ни одной фальшивой на втором этаже (третий этаж судить не беремся, это отдельная история).

Ассортимент остался старым с небольшими изменениями: 90 процентов — классика XIX века, в хорошем качестве и на разный кошелек. Немного Парижской школы, и почти ничего из соцреализма.

Тенденция на усиление внимания к произведениям европейской живописи в этот раз себя не проявила. Европейский ассортимент присутствовал, но активным интересом посетителей не пользовался. Галереи, занимающиеся этим направлением, в массе остались недовольны.

На нескольких стендах были представлены очень хорошие картины не для продажи, а для усиления экспозиции или для дальнейшего повышения капитализации работы. Как пример — «Дон Кихот» Коржева в галерее Maricevic и картина Айвазовского в галерее «Петербургский Антиквар».

Главный вопрос — цены. Они были разными, в большинстве случаев вполне в рамках рынка, но были, конечно, и работы, на которые цены завышались не в два и не в три, а в десять раз. Правда, это касается очень больших сумм, под миллион долларов, а здесь завышение цены уже работает в обратную сторону: покупателей с шальными деньгами не стало, а имидж продавца подобное «ценообразование» портит надолго.

В основном покупатели интересовались вещами в ценовом диапазоне 30–60 тысяч долларов. И такими продажами могут похвастаться почти все участники Салона. Одна, две, три продажи — штатная ситуация; и это большой прогресс по отношению к прошлым Салонам. Скажу больше: были и серьезные продажи, в несколько сот тысяч за картину. Но главное — были новые посетители. Этот Салон отличался от предыдущих тем, что посетителей было мало, но почти все спрашивали цены. То есть кроме продаж большинство галерей довольны новыми контактами и надеются на их продолжение.

Если коротко определить покупательские предпочтения, то это, увы, не живопись: повышенным интересом продолжало пользоваться ДПИ, фарфор и конечно украшения. Несколько раз я сам был свидетелем, как люди приценивались к картинам, а на выходе встречал их с вазой или светильником под мышкой.

Вот так неожиданно начавшийся за упокой Салон прошел на вполне позитивной ноте. Как сказал один из участников, если у тебя на стенде висят качественные вещи по правильным ценам — покупатели мимо не пройдут.

А это значит, что рынок жив, и в преддверии сезона русских торгов на всех ведущих мировых аукционах это вселяет оптимизм.

 

Автор: Константин Бабулин
Источник: AI
5 ноября 2011